Altus AFB, Altus. Отели рядом, фото, видео, как добраться

Диковинка из Центральной Африки

Г.ФАМИНСКИЙ г.Нижний Новгород

Черный континент продолжает радовать любителей харациновых рыб своими сюрпризами. В этот раз разговор пойдет о совершенно новой для России рыбке семейства Алестовые, или Африканских тетр, — высокотелом фенакограммусе (Phenacogrammus altus), описанном Буланже в 1899 году.
В аквариумной литературе про эту харацинку нет практически никаких сведений. Только в атласе Каля дается ее фотография и краткая аннотация, в которои написано, что рыбка населяет водоемы экваториальной Африки, достигает длины 6-6,5 см и является большой редкостью для любительских аквариумов, считаясь
очень ценным приобретением. Далее указано, что по характеру поведения она пуглива и осторожна, а содержание ее — удел опытных аквариумистов.

В российской литературе информации 6 высокотелом фенакограммусе нет. В энциклопедии «Экзотические аквариумные рыбы» О.Рыбакова приводится лишь ссылка на этот вид как на ближайшего родственника всем хорошо известной африканской рыбы — конго обыкновенного, или радужного (P.interruptus).
Вот с таким незавидным багажом знаний я и привез в 2001 году из Москвы в Нижний Новгород два десятка молодых альтусов. Длина мальков на то время не превышала 2 см. Формой тела и окраской они очень напоминали оливковых клоунов (Barbus filamentosus): эдакие маловыразительные рыбешки цвета стали с крупной чешуей и большим темным пятном на хвостовом стебле.
Молодь была посажена в 200-литровую емкость вместе с подростками Неmigrammopetersius caudalis, которых я тоже приобрел в ходе этой поездки.

Фото высокотелый фенакограммус

Новички быстро адаптировались к новым условиям. Они получали разнообразные живые корма из природных водоемов и активно перемещались по новой «жилплощади», концентрируясь преимущественно в нижней трети высоты аквариума. Держались рыбы плотной стайкой и при моем приближении мгновенно прятались за большой куст эхинодоруса.
Я не случайно упомянул каудалисов, о содержании и разведении которых подробно писал ранее, так как хочу сопоставить темпы роста и сроки достижения половой зрелости особей этих двух видов.
Так вот, каудалисы были разведены мною уже через 6 месяцев после их приобретения. К этому времени их возраст составил 9-9,5 месяца, а весной 2003 года мною получено третье поколение рыбок.
Альтусы же соизволили порадовать меня только в июне 2003 г., то есть по достижении возраста, близкого к двухлетнему. Причем росли они достаточно быстро, не уступая в этом плане своим собратьям каудалисам, и к году достигли длины 6 см (почти предельной, если верить сведениям, приведенным в атласе Каля). Но, судя по всему, размеры и половое созревание у этого вида слабо взаимосвязаны, так как никакие мои ухищрения в части получения от них потомства успехов не принесли.
Имея достаточный опыт разведения алестовых тетр, я даже запаниковал, не видя очевидной причины таких неудач. Но время расставило все по местам, и июньская посадка рыб на нерест наконец-то привела к желанному результату.

Однако обо всем по порядку.
Подросшие рыбки совершенно избавились от присущей им пугливости (вопреки утверждениям Каля) и, будучи пересаженными в двухметровый аквариум, в котором жили тетры-конго нескольких видов, одними из первых кидались к моей руке и хватали предложенный корм.
Аппетит у высокотелых фенакограммусов отменный. Этот момент надо обязательно учитывать при формировании рациона. Нельзя давать слишком много пищи, так как рыбки переедают и могут погибнуть. К слову, я вообще держу всех без исключения харациновых рыб впроголодь, с одним разгрузочным днем в неделю, зато кормлю своих питомцев по возможности разнообразно. Если сегодня задавался мотыль, то завтра его заменит трубочник, затем последуют коретра, ракообразные (живые или мороженые, в зависимости от времени года) и т.д. Особой любовью у всех алестовых пользуются насекомые. Это вполне закономерно, поскольку именно они составляют основу кормовой базы этих рыб в природных биотопах. Так что, если позволяет время, я балую тетр пойманными на лугу в траве бабочками, мотыльками, мушками, мелкими кузнечиками и прочей живностью. На мой взгляд, рыбы просто «звереют» при подаче такого корма, о чем свидетельствуют их прыжки из воды и мощные буруны на поверхности.

Фото высокотелый фенакограммус

Достигнув установленных природой размеров, альтусы на втором году жизни стали определяться по полу. Половой диморфизм у особей этого вида выражен достаточно четко. Окраска и форма взрослых рыб очень интересны. Их мощное, плотное, высокое тело (по-латыни alms значит «высокий»), покрытое хорошо заметной крупной чешуей, выглядит очень нарядно. Каждая чешуйка обрамлена темной канвой, придающей телу альтуса рельефность. Глаза крупные, с желтым ирисом и черным зрачком. На корневом стебле расположено большое бархатно-черное пятно.

Эти элементы окраски одинаковы для особей обоих полов. Но если у самок все плавники практически бесцветные и лишь лучи хвоста имеют чуть заметную красноватость, то у самцов и парные, и непарные плавники малиново-красноватые. Особенно интересна у самцов окраска и форма анального плавника. Передняя часть его составлена из удлиненных лучей и закруглена в виде полусферы; край плавника в центральной части отогнут к телу, а ближе к хвосту тянется ровной линией, отороченной широкой белой каймой. В целом все это выглядит очень нарядно и необычно. Молочной каймой украшен и задний нижний край спинного плавника.
Особенно привлекательными становятся взрослые самцы в период возбуждения и тем более во время нереста. Тело их приобретает темно-красный отлив, а плавники наливаются кроваво-красными тонами. Рыболовам не раз, наверное, приходилось видеть пойманных в наших российских реках лещей (Abramus brana), чешуя которых при извлечении из воды покрывается как бы кровавыми вкраплениями. Вот что-то подобное наблюдается и у альтусов в периоды нереста или драчливого (игривого) настроения в общем аквариуме.
Пользуясь случаем, хочу заметить, что динамичность высокотелых альтусов, их стремление вовлечь в свои игры соседей по аквариуму носят абсолютно безобидный характер. Увечий они при этом никому не наносят, а просто резвятся в свое удовольствие.
Но вернемся к внешнему виду рыб. Окраска самок в период возрастания их активности тоже усиливается. Она становится более контрастной, хотя, конечно, и не достигает пестроты, свойственной самцам.
Условия содержания альтусов в общих аквариумах достаточно просты. Необходимо лишь придерживаться основных правил, справедливых в отношении большинства харациновых. Прежде всего позаботьтесь о качестве воды: она должна быть чистой, прозрачной, с нейтральной активной реакцией и жесткостью от 1 до 15°. Оптимальная температура воды при содержании — 23-24°С.
При оформлении водоема не забудьте оставить для рыб достаточно свободного пространства для плавания (с учетом величины и подвижности P.altus). Рекомендую стайное содержание рыб (10-15 особей), при этом наиболее ярко проявляются особенности их поведения.

Подмену воды в аквариуме необходимо производить 1-2 раза в две недели небольшими порциями -по 10-15% объема. Свежая вода должна быть предварительно отстояна, поскольку высокотелые фенакограммусы, как, впрочем, и конго других видов, крайне негативно реагируют на растворенный хлор и его соединения. Правда, если до вас уже добралась цивилизация и муниципальная вода обеззараживается не хлором, а озоном, то ее отстаиванием можно пренебречь. Во всех же иных случаях нужно как минимум выдержать воду в отдельном сосуде в течение хотя бы суток или добавлять шлангом прямо из крана очень тонкой струйкой, включив в это время в аквариуме дополнительный фильтр и воздушный компрессор (усиленная циркуляция способствует скорейшему выводу хлора из воды).

Фото ареал обитания

В емкости с альтусами уместна любая аквариумная флора — и мелколистная, и широколистная. Рыбы ее практически не повреждают, поскольку по своей пищевой специализации являются выраженными зоофагами, зато активно используют в качестве нерестового субстрата. Особой их любовью пользуются большие пучки яванского мха или корни кустов таиландского папоротника. Наличие этих растений желательно не только в аквариуме с половозрелыми фенакограммусами, но и в водоеме с подростками, которые пока еще только примеряются к взрослой жизни, осуществляя пробные, «тренировочные» нересты.

Понятно, что получить потомство от альтусов в общем аквариуме невозможно из-за несоответствия параметров воды и большого количества голодных соседей, мечтающих полакомиться периодически появляющейся икрой. Тем не менее надо отметить, что картина нереста в общем аквариуме настолько любопытна, что порой забываешь о том, что неплохо было бы сохранить приплод (потом, правда, жалеешь: «Эх, надо было все-таки отсадить!»). Самец, преследуя самку, старается загнать ее в гущу мха и, прижимаясь к ней сбоку всем телом, делает несколько резких движений. Все — икра посыпалась. В ту же секунду все находившиеся рядом рыбы стремительно набрасываются на взявшиеся невесть откуда «шарики» и моментально уничтожают их. Несчастные производители отплывают в другой угол аквариума, чтобы там продолжить начатое дело, но не тут-то было: соседи вскоре оказываются рядом и все повторяется сначала. Зрелище, безусловно, завораживающее, но с заранее предсказуемым результатом (точнее, его отсутствием). Я же хочу рассказать о том, как все-таки получить от альтусов полноценное потомство.

Как уже упоминалось, сажать на нерест вроде бы взрослых, но еще не созревших рыб бесполезно. Я пробовал менять и объемы нерестовиков, жесткость, и активную реакцию воды — все бесполезно. Посаженные на нерест рыбы забивались в самый темный угол и ни за что не желали оттуда «выходить». Памятуя об их пугливости. я закрывал банку со всех сторон темным картоном, густо засаживал папоротником — все напрасно, не хотели рыбы нереститься.

С половозрелыми же особями, как я уже отмечал, все проходит гораздо легче. Наметив производителей, я выделил для них столитровую банку и залил в нее 70 л мягкой (dGH 1,5°) подкисленной (рН 6,4) отстоянной около месяца воды. В итоге высота водяного столба в нерестовике составила 20 см.
Положил на дно предохранительную сетку и поместил на нее несколько кустов таиландского папоротника, равномерно распределив их по площади дна. Включил компрессор и стал ждать момента начала нереста в общем аквариуме.
Через несколько дней такой случай представился. Отловив мечущую пару, поместил ее в нерестовик и, закрыв лицевую сторону емкости темной картонкой, включил подогрев. За ночь температура воды повысилась до 28°С. Освещение было естественным — из окна на торцевую сторону банки. Дополнительную подсветку не использовал.

Фото Каудалис (Неmigrammopetersius caudalis)

Рыбы вели себя спокойно, оживленно плавали, самец время от времени старался приблизиться к самке и подтолкнуть ее к кусту папоротника. Она на него огрызалась и ухаживаний в первое время не принимала.
Только на третий день начался гон. Он продолжался в течение 3 часов и полностью соответствовал описанному выше нересту в общем аквариуме, за одним исключением: производителям никто не мешал. У этих фенакограммусов нерест, на мой взгляд, больше напоминает размножение барбусов. Он не так красив и элегантен, как нерест радужных и бриллиантовых конго, и, тем не менее по-своему интересен. И это вполне закономерно, все-таки рыбы крупные, сильные, ярко окрашенные, динамичные. Они синхронно подходят к субстрату, а после спаривания на несколько минут расходятся, чтобы спустя некоторое время повторить процесс. В этой круговерти чувствуется какая-то необузданная страсть и сила.
Когда рыбы успокоились, я возвратил их в общий аквариум, вынул из нерестовика растения и предохранительную сетку, взял лампу, заглянул в емкость и. даже как-то опешил. Такого количества икры от впервые нерестившихся производителей- я никак не ожидал, тем более что посаженная на нерест самка не была уж очень полной.

В тех местах, где над сеткой находились кусты папоротника, икра лежала плотными «блинами». Она разбухла до 4 мм в диаметре и была совершенно прозрачной, с желтой точкой в центральной части. По моим прикидкам, всего икринок было порядка полутора тысяч.

Снизив уровень воды до 7 сантиметров, я закрыл банку черной бумагой и оставил до утра. Открыв на следующий день нерестовик, я приготовил пипетку, чтобы выбрать неоплодо-творенную икру. Здесь меня ждала еще одна неожиданность — погибших эмбрионов было ничтожно мало, несколько десятков. И это в первый нерест!
Полсотни икринок я перенес шлангом в небольшую кювету с отстоянной водопроводной водой, наполовину разбавленной дистиллятом. Это давало мне возможность более детально наблюдать за ходом развития эмбрионов.

Я не стал защищать кювету от света — она стояла на подоконнике, а температура воды в ней была комнатной — около 22°С. В не-рестовике же температура поддерживалась на уровне 27°С и круглосуточно работал микрокомпрессор (в кювете никакой аэрации не было).
Как и у других видов конго, развитие эмбриона у альтусов проходит в течение 5-6 дней, причем благодаря прозрачности оболочек икринок отлично видны все стадии метаморфоза зародышей. На третьи сутки, например, эмбрион начинает активно шевелиться, вертясь в разные стороны. Так как икринки лежат очень плотно друг к другу, создается впечатление, что шевелится само дно нерестовика. Незабываемая картина!
На шестые сутки случился дружный массовый расплыв. В кювете это произошло днем позже сказалась низкая температура. Поплывшая личинка серого цвета, длиной порядка 5 мм, с большими черными глазами.
Стартовый корм — прудовая коловратка. В первые дни я задавал ее четыре раза в сутки. Начиная с пятого дня ввел в рацион мальков науплиусов артемии.

На момент написания статьи мальки достигли недельного возраста, поэтому о методике дальнейшего выкармливания молоди сказать пока не могу. Но исходя из прежнего опыта считаю, что в дальнейшем никаких неожиданностей быть не должно.
Желаю любителям-харацинщикам приобрести и постараться развести этих удивительных рыб. Поверьте, они того стоят!

Мост Риальто: реставрация через 425 лет

Власти Венеции завершили многолетние работы по реставрации одного из символов города – знаменитого моста Риальто, старейшего из четырех мостов, ведущих через Большой канал.

Изначально название Риальто принадлежит району Венеции, к которому идет мост. Происходит оно от rivo altus «высокий берег». Это было одно из первых заселенных мест на островах. На площади Риальто перед нынешним мостом стоит церковь святого Иакова (Сан-Джакомо-ди-Риальто), самая древняя в городе. По легенде, она была заложена а 25 марта 421 года, в день основания Венеции. Нынешнее здание начали строить в XII веке. Площадь перед церковью (кампо ди Сан-Джакомо-ди-Риальто) стала бойким местом, когда в 1097 году на ней стал действовать главный венецианский рынок. Вокруг появлялись склады, лавки, страховые конторы, банки. Сюда спешили люди по торговым и юридическим делам. На здании церкви до сих пор можно увидеть два рельефных изображение: вытянутое и округлое. Это указание на минимальный размер рыбы и устрицы, которых дозволялось продавать на рынке. Риальто стал известен по всей Европе. В «Венецианском купце» Шекспира его название – одно из двух итальянских слов, использованных в пьесе (второе – гондола).

Рынок требовал появления моста, и первый такой мост возник уже в 1181 году. Он был понтонным. В 1255 году его заменил деревянный мост на сваях. В нем уже были видны характерные формы, сохранившиеся и поныне: обе стороны моста шли наклонно вверх по направлению к центральной платформе. Он был известен под названием Ponte della Moneta, возможно, из-за того, что за проход по нему бралась плата. Но простоял мост менее века, так как был разрушен в ходе восстания 1310 года, поднятого Байамонте Тьеполо.

Мост восстановили. На этот раз он простоял до 1444 года, когда рухнул под тяжестью публики, собравшейся посмотреть на свадебную процессию маркиза Феррары. Пришлось строить новый мост. Его снова выполнили из дерева, и на этот раз он был разводным. С 1458 года на боковых сторонах моста появились лавки, и он был переименован в Мост Риальто. Этот мост можно увидеть на картине Витторе Карпаччо, хранящейся в венецианской Галерее Академии.

Фрагмент с разводной частью моста Риальто

Картина называется «Чудо реликвии святого Креста на мосту Риальто». Она написана около 1496 года. В левом верхнем углу в широкой лоджии Карпаччо изобразил патриарха города Градо, расположенного на побережье Адриатического моря. С XII века патриархи Градо выбирались преимущественно из венецианцев, а с 1451 года постоянно проживали в Венеции. В данном случае перед нами патриарх Франческо Кверини, занимавший этот пост в 1367–1372 годах. Чудо состояло в том, что патриарх при помощи частицы святого Креста исцелил умалишенного.

Что же касается деревянного моста, то с ним вновь и вновь происходили неприятности. В 1468 году по нему проходила торжественная процессия императора Священной Римской империи Фридриха III. На этот раз напора толпы не выдержали перила, десятки зрителей упали в воду и погибли. Еще раз мост обрушился в 1524 году под толпой зевак, любовавшихся регатой.

Отметим, что тогда мост Риальто был единственным способом добраться посуху с одного берега Большого канала на другой. Поток пешеходов был велик, и городские власти понимали, что мост неизбежно рано или поздно снова развалится. С 1503 года они стали обсуждать, нельзя ли заменить деревянный мост каменным. В 1551 году был объявлен конкурс, в котором участвовали крупнейшие архитекторы: Андреа Палладио, Якопо Сансовино, Джакомо да Виньола и даже Микеланджело. Но все они предлагали конструкции, напоминающие классический римский виадук, опирающийся на ряд арок, что затрудняло бы интенсивное движение гондол в Большом канале. Даже трехпролетная схема Палладио не устраивала венецианцев.

Проект моста Риальто, выполненный Андреа Палладио

Каналетто «Каприччо с паладианскими зданиями» (1756 — 1759). Архитектурный пейзаж-фантазия, составленный из строении Палладио. Использован и проект моста Риальто

Споры по поводу того, какой проект выбрать, затянулись на десятилетия, и многие из участников конкурса не дожили до его завершения. Наконец, венецианский архитектор и инженер Антонио да Понте разработал однопролетный каменный мост, очень похожий по конструкции на своего деревянного предшественника деревянного моста. Строительство началось в 1588 и было завершено в 1591 году.

Надо сказать, что конструкция моста вызвала замешательство среди просвещенной публики. Автор отказался от арочной конструкции, и полный вес моста должен был распределиться между двумя пилонами и фундаментами на берегах. Многие архитекторы выражали серьезные сомнения, что такой тяжелый каменный мост выстоит без дополнительных опор. Не верил в это, например, Винченцо Скамоцци, лучший из учеников Палладио.

В Венеции сохранился забавный памятник такому скептицизму. Рядом с мостом Риальто располагается палаццо деи Камерлинги, выстроенное в 1520-е годы здание, где располагались городские финансовые службы, а на первом этаже была тюрьма для несостоятельных должников. Если взглянуть на фасад палаццо со стороны моста, то можно увидеть две странные капители. Одна изображает мужскую фигуру с неким странным предметом между ног. Другая – женщину, у которой между ног горит огонь. По преданию, во время строительства моста некий мужчина сказал на рынке Риальто: «Да у меня скорее копыто между ног вырастет, чем этот мост построят!». Его услышала женщина и добавила, что у нее тогда загорится между ног огонь. Власти города повелели в назидание высечь в камне соответствующие изображения. Писатель и знаток венецианских легенд Альберто Тозо Феи полагает, что эти хотели не только посрамить маловерных, но и продемонстрировать, что все сказанное гражданами становится известно властям.

Женщина и огонь на палаццо деи Камерлинги

Другая легенда, связанная с мостом, печальная. Когда строительство приближалось к концу, дьявол явился к Антонио да Понте и потребовал жизнь первого, кто перейдет канал по новому мосту. Архитектор решил перехитрить дьявола и устроить так, что первым по мосту пробежит петух. Но дьявол оказался хитрее. Он, надев маску, пришел домой к жене беременной архитектора и сказал, что муж срочно зовет ее. Женщина пересекла мост и обрекла на смерть своего ребенка. Он родился мертвым и его призрак долгие годы являлся на мосту Риальто, пока некий гондольер не помог ему обрести покой.

Несмотря на скептицизм других архитекторов, мост был достроен и простоял столетия. За это время на нем неоднократно велись ремонтные работы. Первый крупный ремонт прошел в 1704 году, были реконструированы плиты мостовой, лестницы, балюстрада, колонны, но основная конструкция не затрагивалась. В последующих случаях ремонт также носил периферийный характер. Обновлялись ступени, система дренажа, магазины на мосту.

Более четырех веков простоял мост, прежде чем в наши дни подвергся тщательной реставрации. Специалисты отметили, что они находятся в очень выгодном положении, так как гораздо чаще, приступая к работе над памятник архитектуры, они сталкиваются со следами предыдущих реконструкций, далеко не всегда грамотных. И порой очень трудно понять, что с ними делать.

Мост Риальто достался реставраторам практически в “авторской редакции”. Проект работ был составлен еще в 2020 году. Он предусматривал точное изучение всех этапов строительства моста и ремонтов, проведенных за его историю, фотограмметрическое и лазерное сканирование моста, позволившее получить точные обмеры. Также реставраторы пробурили скважины, чтобы выяснить состояние фундаментов на обоих берегах, а подводные части были изучены водолазами. В течение года они контролировали геологическую обстановку, фиксируя все смещения и напряжения в грунте. Попутно провели археологические исследования. Наконец, в лабораторных условиях изучили состояния камня из разных конструкций моста.

Практическая часть реставрации началась в мае 2020 года. Команда из 25 реставраторов демонтировала для очистки известняковые плиты, которыми был замощен мост. Строители переложили телефонные, газовые и электрические коммуникации двадцати четырех магазинов, работающих на мосту. Их стены укрепили аркадами и добавили дополнительный слой гидроизоляции, а в покрытие крыш добавили листы свинца общей площадью 700 квадратных метров.

Чтобы защитить северную и южную балюстрады моста от соленых волн венецианской лагуны, а также обезопасить тысячи туристов, перила с обеих сторон моста были укреплены обвязкой из углеродного волокна и двухуровневыми кронштейнами из нержавеющей стали, устойчивой к коррозии. Разломы на 364 столбиках были заделаны расплавленным свинцом, а некоторые поврежденные камни балюстрад были заменены. В целом по итогам реконструкции был заменен лишь один процент материалов моста, в основном это камни мостовой.

Мост в ходе реставрации

При этом реставрация проводилась по частям, чтобы ни на день не закрывать мост для пешеходов. Так что туристам лишь отчасти осложнили жизнь строительные леса. Сейчас они уже убраны, хотя официальное открытие моста состоится лишь в мае, в ходе Венецианской биеннале.

Altus AFB, Altus. Отели рядом, фото, видео, как добраться

велопоход выходного дня, 25-26.09.1999.

Участвовали:
Дещеревский Алексей — Турист от ХВЗ, 1985г, доделки: система: 51-41х28-14; задний обод стальной, резина типа «совок»: спереди 622х37, сзади 622х40.
Дещеревский Илья — велосипед trek 820 singletrec, США сборка Тайвань 1999, система 42-24х30-11 altus-alivio, резина агрессивная 1″95;

Маршрут проходил по Тверской и Московской областям, общий километраж

285км. В первый день проехали 90км (Илья — чуть меньше, т.к. он в отличие от меня ехал из Москвы), во второй день 195км.

Нитка маршрута: Пущино — ст.Авангард (24км) — пл.Каланчевская — Ленинградский вкз. (1) — Тверь — Рождествено (46) — Спас-на-Сози (19) — Быково — Макарово — Стоянцы — Русятино — Гайново (28) — Кимры (40) — Дубна (25) -Дмитров (65) — Савеловский вкз. — пл.Каланчевская (8) — Подольск — Гривно (10) -ст.Авангард — Пущино (24)

Нашей основной целью были покатушки по красивым местам Тверской области и заготовка клюквы на зиму. В прошлые годы мы несколько раз ездили на Оршинские болота, но это были трехдневные вылазки. Дневка на Сози позволяла не только нагуляться по лесу и искупаться, но и заготовить ведерко клюквы. На этот раз трех дней у нас не было, поэтому чтобы добраться на место хотя бы к 4 часам вечера, мне пришлось выехать из дома в 4 утра.

На первую утреннюю электричку Серпухов-Москва я сел в Авангарде. Это гораздо удобнее, чем ехать ночью по разбитому асфальту через весь Серпухов, а потом лезть на платформу через переходной мост. К тому же на Авангарде уже много лет как не работает касса, и можно с чистой совестью ехать без билета. Правда, в Чехове ко мне в первый вагон села контра, но лучше уж взять один билет у них, чем сначала платить за себя в кассе, а потом еще и за велосипед ревизорам.

Илья ждал меня на Каланчевке, уже с билетами до Клина. Погрузка в тверскую электричку прошла без проблем. Для субботнего утра народу было удивительно немного. К тому же тамбур хвостового вагона был почему-то заблокирован, и нас совсем не беспокоили входящие и выходящие пассажиры. Правда, два раза пришлось показывать билеты: сразу после отъезда и через 2-3 остановки после Клина, но в обоих случаях никаких вопросов у контролеров не возникло. Зато они возникли у нас, когда на станции Редкино поезд встал и простоял почти два часа. Знать бы заранее, сколько будем стоять — быстрее было бы доехать своим ходом.

Ровно в час дня мы покинули Тверь и двинулись на восток. Количество машин и колдобин на дороге быстро уменьшается по мере удаления от центра Твери, и после Каблуково те и другие уже практически не мешают. Благодаря попутному ветру дорога до Рождествено заняла менее двух часов. В деревне есть столовая (!), но мы предпочли купить банку молока и в два счета уговорили ее вместе с припасенной из Твери сладкой лепешкой.

Пока мы обедали, нас нагнал очень приличный ливень. Удобнее всего пережидать дождь в разрушенной церкви: сухо, просторно и не скучно: можно заняться краеведением. Церковь в Рождественно очень большая, красивая, с хорошим въездом, но на полу полно битого стекла. Вообще, церквей в этих краях удивительно много и почти все они достаточно крупные, что свидетельствует о богатстве и процветании этих мест в недавние времена.

Следующий переезд — от Рождественно до Спаса-на-Сози — занял у нас почти час. Дорога здесь не такая хорошая, приходится огибать ямы, а кроме того, я старался ехать потише ввиду появившихся на пути луж.

В Спасе-на-Сози нас ждало неприятное известие. Оказывается, замечательные клюквенные болота, на которые в былые годы съезжалась треть тверской области и четверть московской, этим летом полностью выгорели, а там, где не прошел огонь, ягоду убили весенние заморозки. В Литвинцево нам предлагали клюкву по 30р/кило, но мы расценили это как шутку. И вот теперь мы могли лично убедиться в масштабах стихийного бедствия.

Менее, чем в километре от деревни нормальный лес уступил место торфяной гари. Прошедший низовой пожар почти не повредил кроны деревьев, но 30-сантиметровый слой торфа полностью выгорел, и вместо нормальной почвы повсюду стояли лужицы черной зловонной жижи. Корни деревьев, преимущественно сосен, частью сгорели, а уцелевшие бессильно висели в воздухе. Оставшиеся без опоры деревья упали на землю, перегородив все тропинки и образовав непроходимые завалы. Примерно такие же засеки устраивали наши далекие предки, чтобы остановить нашествие дикой степи на лесные поселения русичей. Для конных татарских отрядов хаос поваленных друг на друга стволов образовывал непреодолимую преграду, а нам предстояло пройти эти заграждения на байках.

Вот и полянка, где мы останавливались несколько лет назад. На прибрежной лужайке почва не торфянистая, а обычная луговая, и можно разводить костер, не опасаясь поджечь лес. Как же все изменилось! Раньше трудно было найти свободное от деревьев место для палатки, а теперь нет ни одного вертикального кола, чтобы привязать конек! По-моему, здесь стоило бы побывать каждому, кто хоть раз уходил со стоянки, не загасив до конца костер, или бросал в лесу незатушенную сигарету!

На уцелевшей от огня лужайке ставим палатку. Топора у нас нет, а палатка бескаркасная, поэтому вместо опорных стоек связываем вместе две короткие палки. Ходить трудно, кругом только черная жижа. Дров тоже нет: сухие ветки сгорели при пожаре, а поваленные деревья еще зеленые.

Ночью нас опять полил дождик. Идти на здешнее болото бессмысленно, искать другие ягодники некогда. Попробуем обогнуть Оршинский мох с востока, в надежде найти урочища, избежавшие пожаров и купить там клюкву по более разумной цене.

Поднявшись с рассветом, варим завтрак и в 8.30 трогаемся в путь. Вода в миске ночью замерзла, но больше нигде льда нет. Погода пока благоприятствует: с неба не капает, сквозь облака проглядывает солнце, да и вчерашние ночные дожди оказались не такими уж страшными, и до потопа в лесу еще далеко.

На 2-км карте тверской области имеется проселок, огибающий Оршинский мох с юго-востока и ведущий из Быково в Лосево и Стоянцы. Перед выездом расспросили местного жителя. По его словам, дорога за Созью действительно есть, она вполне проезжая и идет в Макарово. Надо только не спутать ее с дорогой в Ямки.

На наших часах 9.00. Переехав Созь, надо свернуть не влево (в поселок), а вправо, на заброшеную ферму. Около весовой будки дорога раздваивается: правая вдоль речки идет в Ямки-Ильино-Марьино (так мы уже ездили), а левая уходит в лес, держа курс прямо на восток.

Первые километры дорога чистая и езженая, похоже, когда-то здесь даже подсыпали песок. Через 6-8км, примерно около отметки 145м справа и слева к основной дороге подходит несколько лесовозок (возможно, какая-то из них ведет в Ямки), и после одной из развилок основная колея вдруг превращается в заброшенный лесной проселок. Но отступать некуда, и сверившись с компасом, мы продолжаем пробиваться вперед.

Вот и крутой поворот влево. Заросшая стежка не внушает доверия, и мы проходим еще пару сотен метров на восток, чтобы убедиться в наличии нанесенной на карту ЛЭП. Да, вот и просека с высоковольткой, и по ней тоже идет дорога! Не шоссе, но почти везде можно ехать, по крайней мере летом.

Примерно через километр пути идущая по просеке дорога соединяется с выглянувшим из леса проселком и затем круто уходит на север. На карте эта петля хорошо выражена, но не показаны луга и поляны, ради которых дорога делает этот крюк. А между тем, по изгибам колеи видно, что здесь косят сено, и вывозят его в сторону Стоянцов! Значит, худшее позади, и скоро мы опять попадем в населенку. А это место запомним, чтобы вернуться сюда за клюквой на будущий год.

Постепенно укрупняясь, дорога вновь поворачивает к востоку, пересекает ЛЭП (пере-кресток в 200м севернее угловой опоры) и вот мы уже на поле. Справа видно Лосево, впереди — Стоянцы. А где же Макарово, о котором нам говорили в Быково? Оказывается, мы проскочили его, даже не заметив! От этого хутора сейчас остались только развалины, и похоже, там никто не живет. Поэтому и дорога приходит в упадок, так что если вы хотите посетить эти замечательные края, торопитесь, пока все окончательно не заросло.

Если ехать по дороге Быково-Стоянцы в обратном направлении, важно не сбиться с пути в самом начале. Дорога из Стоянцов по полю почти не заметна, ориентир — мост через канал на краю поля. Еще нужно не пропустить место поворота дороги вправо там, где она окончательно отходит от ЛЭП. Дальше все достаточно очевидно, надо только иметь в виду, что нанесенные на карту дороги действительно существуют, но кроме них, могут обнаружиться и другие, подчас более мощные. Всего от Быково до Стоянцов около 16км, на преодоление которых у нас ушло полтора часа.

Клюкву в Стоянцах нам не продали, но посоветовали заглянуть в Русятино, где все жители «сами на болото ходят». На карте Русятино не обозначено, но похоже, что так называется ближайшая к Ховрино часть Стоянцов.

В Русятино клюквой торгуют почти все — это здесь основной бизнес, но к моменту нашего приезда (10.40) основной контингент был либо уже на болоте, либо уехал в город на рынок. Впрочем, побродив по поселку, мы довольно скоро обнаружили не вполне трезвого аборригена, который еще не пришел в себя после вчерашнего и легко согласился продать нам хоть ведро, хоть полведра. Цена — 200р/ведро — ниже, чем в других местах, но тоже кусается. Пока Илья совершал маленький бизнес, в результате которого за 100р мы получили около 8л клюквы, я поставил на место две вылетевшие спицы, и ровно в 11 мы продолжили путь. Пока что все идет на редкость удачно, неужели сбудется моя мечта и мы доедем до Дубны? Изначально нашей конечной целью были Кимры, но если время позволяет, почему бы не поглядеть на плотину водохранилища, наукоград и канал им.Москвы? Тем более, что я там еще ни разу не был!

Несколько километров от Стоянцов до Гайново проскакиваем на одном дыхании. Короткий перекус, и вот мы уже летим по шоссе. Попутный ветер сменился боковым, но дорога достаточно хорошая и можно без особых усилий держать скорость 25 кмч. Больше и не требуется: и так мы опережаем график почти на два часа.

После Ильинского движение на шоссе резко возрастает, дальше приходится ехать в один ряд. Впрочем, такой строй помогает заднему экономить силы. Илья, в основном, держится сзади — наверно, ждет, пока я устану, чтобы начать дискуссию о преимуществах нового trek-а перед «Туристом» образца 1985 года. Но я не поддаюсь на провокации и не разгоняюсь больше, чем, нужно — а в спокойном темпе я могу ехать несколько часов подряд, не особенно надрываясь.

В поселке Заводской — очередной короткий привал. Опять покупаем банку молока, но на этот раз пьем не все, а оставляем два литра про запас. Сказываются полуторные порции каши на ужин и завтрак. Погода ощутимо портится: облака заволокли все небо, временами моросит дождик. По всем признакам, с юго-запада идет теплый фронт, а значит, нас ждут обложные осадки, потом перерыв (возможно, довольно долгий), и наконец, завершающий ливень. Хорошо бы проехать полосу этого ливня на электричке.

Вот и Кимры. Поворот на Дубну — около самой Волги. В городе асфальт удивительно разбитый, что резко контрастирует с загородными шоссе. Действительно, не улицы, а сплошные кимры! Но вот наконец и граница города, дальше шоссе опять идеально ровное.

На полпути до Дубны мы вошли в зону осадков теплого фронта. Шоссе мгновенно стало мокрым, проезжающие машины брызгают на нас грязью и фыркают выхлопами. Впрочем, по сравнению с москвичами, водители здесь удивительно вежливые: если для того, чтобы облить велосипедиста грязью, надо нарушить правила, они этого не делают! Москвичи ради такой возможности плюют и на ГАИ, и на ГИБДД. Видимо, сказывается близость культурного центра — Дубны.

Перед Дубной мы еще раз ненадолго остановились, чтобы переждать усилившийся дождь и допить молоко. Погода мерзкая, даже не хочется осматривать город. Короткая остановка на плотине Иваньковского водохранилища, шлюз, паромная переправа через канал. Дождь, вроде, чуть ослабел, а до электрички (17.43) еще почти два часа, и мы решаем ехать дальше, в Вербилки. Я бы прокатился и до Яхромы — светлого времени хватает — но Илье сильно не нравится погода, и Вербилки — это максимум, на что он согласен.

Следующий экскурсионный объект — мост через р.Сестра. Канал, по которому плавают здоровые корабли, проходит на высоте 15м над рекой! Чтобы проплыть по Сестре на байдарке, надо совершить целых два обноса: сначала подняться из Сестры в канал им.Москвы и переплыть его, и только потом можно спустить лодки обратно в Сестру. Занятное местечко!

Дальше шоссе и железная дорога все время идут вдоль канала. Сам канал хотя и красив, но несколько однообразен. Ехать удобно: горок и спусков почти нет, от ветра защищает лес и насыпная стенка канала. Местами скорость приближается к 40кмч, но средняя из-за накопившейся за день усталости и не очень хорошего асфальта не поднимается выше 30.

Из-за отсутствия карты (с собой у нас была только тверская обл.) место поворота на Вербилки мы рассчитали весьма приблизительно. Проехали Талдом, Запрудню, а нужного указателя все нет! Только в Орево Илья, проходивший в этих местах практику, наконец сообразил, что мы вот-вот вылетим в Дмитров, но может, это и к лучшему? Ведь из Дмитрова идет больше электричек, и значит уехать будет легче?

Увы, хотя мы и обогнали «нашу» дубнинскую электричку, садиться пришлось именно в нее — предыдущие были слишком забиты. Но в ней мы проехали только до Икши, дальше навязчивые соседи по тамбуру настояли позволить нам выйти вон. Поэтому из Икши пришлось добираться местной электричкой — пустой, но со свежими контролерами, которые в отличие от предыдущих заставили нас оплатить провоз велосипедов. Интересно все-таки получается: если берешь билет и на себя, и на велосипед, а потом не можешь влезть в электричку, это твои проблемы. Если не берешь билет и садишься, это опять-таки твои проблемы. И только у МПС проблем нет никогда. Что уж тут говорить о компенсации морального ущерба.

На Савеловском мы выгрузились удачно, посуху, а вот около Рижского вокзала нас нагнал-таки заключительный аккорд теплого фронта — бурный, прямо-таки бешеный ливень. Пришлось пережидать его под каким-то навесом. Спешить некуда — на электричку мы все равно опоздали, следующая будет только в 22.22.

Чтобы не торчать целый час на вокзале, доехали ближайшей электричкой до Подольска, а затем я уговорил Илью прокатиться своим ходом до Гривно. Шоссе там освещенное, но немного страшновато ехать вечером в воскресенье, когда большинство водителей пьяные и ничего не соображают. Впрочем, машин мало, и через полчаса мы уже стояли на нужной станции.

Последний перегон от Авангарда до Пущино был ознаменован еще одной поломкой, на этот раз у trek-а спустила камера, пришлось менять ее прямо на шоссе при свете луны. Вообще, луна нам здорово помогала всю дорогу от станции до дома: вместе с ремонтом и перекусом мы уложились в час сорок минут, при том что последние семь километров дорога сильно разбита и мы ехали там не быстрее 15-18кмч.

По дороге Илья весьма убедительно рассказывал и демонстрировал мне преимущества туклипсов и кругового педалирования по сравнению с обычным нажиманием на педали. К тому же, как выяснилось, частота педалирования — 50 об/мин — у меня тоже неправильная, надо в полтора раза больше. Если еще учесть неправильную аэродинамику моего велосипеда, создаваемую ковриком на переднем багажнике, и 30-кратную разницу в возрасте машин, то становится непонятным, как я не отстал еще по дороге в Тверь. Тем более, что за сезон я проезжаю только одну тысячу километров, а Илья — три, и следовательно тренированность у него втрое выше. Единственное разумное объяснение, к которому я пришел уже после возвращения, выяснив, что устали мы почти одинаково (или даже я — меньше), заключается в следующем. По-видимому, велосипеды хороших украинских фирм с громким именем из трех букв даже после 15-летней эксплуатации и полной выработки ресурса за счет каких-то скрытых конструкционных резервов сохраняют ходкость и накатистость, большую, чем у всякого левобезродного буржуйского хлама от ведущих американских производителей. Короче, как сказали бы в велозоне, «Турист» — катит, а «trek» — не катит.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Путешествуй быстро и легко, как ягуар!
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: